.


-Радомир Силин: Жизнь счастливая, если оно интересно


Радомир Силин: Жизнь счастливая, если оно интересно

Пройдет чуть больше месяца, и ему исполнится восемьдесят, но это только паспортный возраст. Он из тех мужчин, кого возраст делает только благороднее и интереснее. Таких, как он - единицы.

Радомир Силин прошел войну, пережил голод, выжил сам и помог другим. До сих пор обучает сотни студентов не только технических дисциплин, но и просто - жить: в гармонии с собой, окружающими и Вселенной. Возможно, именно гармония во всем способствует его, без преувеличения, уникальной памяти. Он помнит малейшие мелочи почти восьмидесятилетней давности, каждую эмоцию, которая переполняла его малого, юного, молодого и, конечно же, взрослого. Сегодня он любящий муж, отец, дедушка и прадедушка, который гордится достижениями своих родных и до слез проникается даже наименьшими неудачами.

Справка: Радомир Силин, ректор Хмельницкого Технологического Института (нынешний Хмельницкий Национальный университет). Почетный гражданин города Хмельницкий. Родился в городе Курск (Россия) в сентябре 1931 года. Отец - землеустроитель, а мать - машинистка местной газеты «Курская правда».

Я-объявил войну немцам

- Меня сформировало мое детство, особенно отдельные его эпизоды. Помню, как отец вместе с товарищем пошли на войну, им на двоих дали одну винтовку, два патрона и одну гранату. Уже на фронте им давали по сто граммов водки для храбрости, то они их выменивали на патроны. Когда пришли немцы, то брат, чтобы его не забрали в Германию на работу, скрывался в других районах. А мы с мамой были дома. Есть уже было нечего, то мать ходила в соседние села менять свои вещи на продукты. Однажды ей сказали, что за селом лежит мертвый солдат, очень похож на отца. Мать пошла туда, дорогой вся промокла, замерзла ... в итоге оказалось, что это был не отец. Вскоре после этого она умерла от воспаления легких. В 10 лет я остался без родителей. В моем сердце глубокая рана от того, что мать умерла, а отец - неизвестно где. Тогда я объявил войну немцам: ходил по городу и расклеивал собственноручно написанные листовки. Их смысл был примерно таким: смерть немецким оккупантам, победа будет за нами, бейте их. Одна открытка попала в руки одноклассницы, отец которой был дезертиром. Он отнес ее к немцам и за меня взялись серьезно: я сказал, что от партизан, а когда они разобрались и поняли, что никакие партизаны за мной не стоят, сильно избили, вплоть до потери сознания и выбросили на помойку. И я выжил. Но что мне было делать: родителей нет, брата уже забрали в армию, а я решил тоже пойти на войну. Пришел в воинскую часть, долго просил, чтобы меня приняли, и им некуда было деваться. Военную форму, которая бы мне, двенадцатилетнему, подошла, собирали всей частью. Дали винтовку, патроны и - в бой!

- Не страшно было в 12 лет?

- Но разве мальчишкам бывает страшно ... Тем более, я шел бить немцев, за которых умерла моя мама. У меня с ними была личная война. Солдатом я прошел немало городов: видел полностью уничтожен Воронеж, участвовал при наступлении на Харьков, впоследствии была Курская дуга - это самая сложная битва: два дня непрерывной стрельбы, никто даже не разговаривал. После битвы мы увидели сплошное кладбище техники, все вокруг пахло гарью и кровью. Впоследствии были и другие страны: Румыния, король которой отказался сотрудничать с немцами, и единственный из зарубежных лидеров получил орден Победы, Венгрию мы тоже прошли почти незаметно, на короткое время «заскочили» в Чехию и направились в Австрию. Там я и встретил День Победы. После войны со мной не знали, что делать. Сначала планировали направить в Суворовского училища, но когда я туда приехал, у руководства тоже возникли вопросы: официального образования нет, по возрасту «тянет» на седьмой класс, а закончил всего два. В конце концов они меня отправили в военкомат, а те, в свою очередь демобилизовали. Я поехал к тете, которая уже к тому времени вернулась из эвакуации.

Самое главное - доводить все дела до конца

- Какой предмет в школе не любили больше всего?

- Историю. Я до сих пор ее не люблю. У меня был такой тщеславный преподаватель, который очень пренебрежительно к ученикам относился. Однажды я изучил все, что он задал, наизусть и рассказал все на уроке. Он был в шоке. Но историю я так и не полюбил, просто сделал это, чтобы его «обуть». Любил математику, и на школьных олимпиадах постоянно побеждал, а на городском был серебряным призером. Когда пришла пора выпускных экзаменов, понимал, что мне нужно "подогнать все хвосты». Тогда я взял все нужные программы, купил в аптеке лекарство, которое не позволяли заснуть, и в течение месяца учил.

- То есть Вы целый месяц не спали!?

- Да, целый месяц! Я усаживался на окно, обматывал голову мокрым полотенцем и учил, учил, учил ... В итоге, школу закончил с серебряной медалью. Хотя, как участник войны, я в любой ВУЗ мог поступить без экзаменов. Но мне нравились железки, болтики-винтики и поэтому я выбрал Львовский политехнический институт. Был активным студентом: участвовал в художественной самодеятельности, декламировал стихи, сочинял и пел с товарищем частушки, любил анекдоты, был комсоргом ... ой, кем я только не был!

- Наверное, имели бешеный успех у девушек!

- Возможно, и было ... Но я еще на третьем курсе нашел себе девушку Лесю и вопрос отпал сам собой до сегодняшнего дня: с тех пор мы вместе.

- Вы ее нашли, или она Вас?

- Ее для меня нашел мой товарищ, который упрекал, что я за работой ничего не вижу, а у нас под боком такая красавица сидит. Мы же тогда были лидерами, а она работала в комсомольском бюро. Я посмотрел - действительно красавица! Сделали ее в комсомольской организации лидером по культурно-массовой части. Затем, между прочим, упрекнул, что не замечаю его работы - пусть организует для нас культпоход, например в кино. Впоследствии была еще какая-то программа, я ее приглашал в кино и так доходилися к свадьбе. Тогда я, кстати, очень напился, а наутро, сине-зеленый, как говорится «с бодуна», побежал возглавлять колонну во время праздничного шествия. Веселые были времена - все успевали, все удавалось ... Вот когда у нас с женой родился сын, мы все жили в двухкомнатной квартире: отец с мачехой и братом жили в одной комнате, а мы с женой и сыном - в другой. Среди студентов у меня был образ того, кто прошел огонь и воду, мужчину с опытом ... На самом деле я просто романтик, тогда, как и сегодня, верил, что все к лучшему, все вокруг хорошие и мы обязательно заживем счастливо.

- Вы все еще остаетесь романтиком, или, возможно, реальность внесла коррективы?

- Я - неисправимый романтик! Всем своим студентам говорю, что только от вас зависит будущее. Когда я работал над одним из первых проектов, то руководство говорило: хорошо, что у нас есть энтузиасты, которых обеспечь ведром кофе, и для них не будет дня и ночи - у них рабочий день продлится до тех пор, пока они не закончат работу. Со временем я понял, что самое главное - всегда заканчивать то, что начал. Однажды я даже «переплюнул» себя. Когда мы, почти двадцать преподавателей с различными научными званиями, были на стажировке в Америке, я работал над одной разработкой. В результате я ее не просто закончил, а полностью запустил механизм, испытал его, и когда не увидел от американцев соответствующей отдачи, то расстроил его снова и поехал домой. Через год мне звонил профессор и не понимал, почему у меня агрегат работал, а в них - даже после самых авторитетных их специалистов - не работает. Америка - это вообще отдельная история. Я еще тогда, находясь там в течение десяти месяцев, увидел ее изнутри: есть там и бедные, и голодные, и не все так красиво, как в кино.

- Какой Америку увидела советская интеллигенция, которая знала о стране лишь то, что это «загнивающий капитализм»?

- Он же пидгнивав, только очень медленно. Да и гнить долго. Сначала мы были напуганы, потому что не знали, что и как будет. У нас была мечта увидеть Париж. Когда мы возвращались из Америки, то кто-то из группы вычитал в условиях обслуживания авиакомпании «Air Franse», что если человек летит с пересадкой и первый самолет прилетает позже, чем отправляется второй, то все затраты на пребывание пассажира во Франции берет на себя компания. А нам только того и давай: мы поменяли билеты и направились во Францию. Когда мы прилетели, нас разместили в гостинице и мы решили испытать судьбу - а дадут ли нам выпить? Дали! Мы тогда пробовали виски и разные вкусности. Таким образом мы жили в гостинице, ели в ресторане и еще и Париж посмотрели, на фотографировались, у меня был свой «Зенит».

- Жене подарков «заморских» привезли?

- Точно помню, что привез оттуда проектор слайдов - это была роскошь, видеокамеру, маленький магнитофон и жене-то привез, сейчас уже и не помню, то из одежды.

- Курск, Львов, Америка ... А в Хмельницкий Вы как попали?

- Это была долгая эпопея, я несколько раз отказывался. Когда защитил докторскую диссертацию, по закону, должен был занять место завкафедрой. Но тогда, на этом посту был мой товарищ и я понимал - если сейчас не пойти из учебного заведения, то потом будет нам обоим неловко. Мне предложили должность завкафедрой в Киевском Политехническом институте, но потом что-то «переиграли» и решили направить меня ректором в тогдашней ХТИБО. Кстати, жена, которая к тому времени тоже уже была доцентом кафедры, не могла работать в том же институте, что и я, потому что нельзя было родственникам работать вместе, тем более в прямом подчинении. Это сейчас кум-брат-сват и все одна «контора». Помню, на первой встрече с партийным руководством я приехал на горбатом запорожцу. Я его купил после того, как в Париже увидел их деревянные «Ситроены». Тогда я с гордостью заметил, что наш «Запорожец» - еще идеальный автомобиль.- А почему отказывались переезжать в Хмельницкий?

- Я к тому времени уже имел почти царское жилья: трехкомнатная квартира во Львове площадью сто квадратных метра и высотой более трех. Зал, в котором мы с Лесей любили принимать гостей - тридцать квадратных метров. К тому же, я привык к коллективу, к научной работе, а ректор - это все же, больше административная работа. Но ... мне тогда объяснили: партии нужно, чтобы я был в Хмельницком.

Самое главное - это отношения с людьми

- Каким для Вас был это преподавательский и ректорский период?

- Я всегда помнил и поныне помню, что иду на лекцию передать знания, а сделать это сухим, занудным способом не удастся. Студентам должно быть интересно.

- Анекдоты на лекциях рассказываете?

- Рассказываю, но не просто так, а в тему. Я лекцию стараюсь передать не книжными терминами, а так, будто я друзьям рассказываю. Вообще, самое главное - это строить отношения с людьми. Мы можем их любить или не любить, уважать или наоборот, но всегда нужно строить отношения. Человека нужно завоевать.

- По Вашему мнению, как к Вам относятся студенты?

- Это их надо спрашивать. Они меня уважают, я знаю точно. Не все решаются подойти, то спросить, но и такие есть.

- Возможно, Вы все же слишком суров, если не все решаются?

- Дело даже не в том, строгий или нет, а в том, что все люди с детства скованы каким рамками, ограничениями, комплексами. Это только современные дети-индиго раскованны и почти не имеют комплексов, они будут формировать будущее. Но только когда мы все будем работать совместно, а не поодиночке. Ведь великие полководцы не были слишком умными, они умели не просто организовать людей, но и увлечь их тем делом, за которое брались сами. Это сейчас лидеры только и делают, что кричат ​​налево и направо, а когда я был на войне - никто не кричал, все знали, что только вместе мы сможем что-то сделать.

Я не знаю точно что такое счастье, но счастлив

- Что может Вас довести до слез, или приятно удивить?

- Я очень переживаю, когда у человека что-то не получается и думаю, чем ей помочь. Когда я смотрю фильмы, то плачу и переживаю за героев. Меня доводят до слез безвыходные ситуации, в которые попадает герой, особенно жалко детей - они же еще ничего не видели и не способны защищаться. А улыбку у меня вызывает, когда два человека любят друг друга, когда есть гармония в их отношениях ... как у нас с женой.

- Кстати, как Вам удалось сохранить на всю жизнь такие трепетные отношения в семье?

- Я человек, который, если и меняет свое мнение, то очень редко. Мне не хочется нарушать стабильность. Всегда пытаюсь понять: а что стоит за этими словами человека, ведь то их повлекло, или временные трудности, или ситуация так сложилась, или такой характер ... Я повторюсь - отношения нужно строить. А это не просто.

- Вам жертвенность присуща?

- От жизни. Я через это прошел и понимаю, что жертвовать собой важно. Жизнь нас воспитывает, просто надо понимать все его уроки. Вся образование должно работать на формирование личности, а не просто научить специальности. Очень красиво звучит на русском языке «образование» - это означает, что формируется человек.

- Глядя на Вас осмелюсь утверждать, что Вы счастливый человек. Есть ли формула счастья?

- Счастье - это жить в гармонии со Вселенной, почувствовать его и не пытаться менять. Разве что только себя. Ведь есть другие разумные цивилизации, которые уже пытались изменить все вокруг, но Вселенная помогает только тем, кому считает нужным. Наверное, для нас с женой счастье - это наши сын и дочь, внуки, которые имеют уже свои достижения и неудачи, правнуки, которые растут в другом мире ... Хотя, я не знаю, что такое счастье в полном смысле этого слова. Я только знаю, что для меня до сих пор каждый день жизни - это радость, стремление к лучшему. Постоянно должен быть интерес к тому, а что будет дальше. И тогда, наверное, если жизнь интересная - значит оно счастливое.


2011-09-08 19:09:26


Новости в сети.





Обзор сети
.


.

Рекомендуем
.

Персоналии: биографии, интервью, воспоминания

Иногда ищут и такое


.